Если вы поступили на Физтех, если при этом у вас есть наклонности к журналистике, — приходите в редакцию «За науку». Институтскую газету во многом делают именно студенты. А работа в ней даст вам не только материальную поддержку, но главное — уникальную возможность общения с самыми интересными представителями физтеховского мира.

— Николай Николаевич, есть мнение, что уровень среднего студента и абитуриента Физтеха падает. Согласны ли вы с этим?

— Я не согласен. Вы, наверное, имеете в виду две вещи. Во-первых, то, что многие наши выпускники становятся не научными работниками, а бизнесменами, управленцами, писателями и т.п. (высококлассными, отмечу). Но вспомним, что в первые годы существования на Физтех набирали всего 100–150 человек, и даже тогда был пласт людей, которые впоследствии не работали в науке. В принципе, это абсолютно нормально. Во-вторых, вы, вероятно, имеете ввиду снижение уровня «жесткости» преподавания. В наше время (я поступил на Физтех в 1967 году) условия были очень жесткие, экзамен был стрессом, преподаватели ходили между рядами, снимали большую часть баллов за ошибку в самом конце задачи.

Сейчас система несколько другая — более спокойная, и это хорошо. Я читаю лекции с 82-го года. Сначала тоже пускал по рядам лист, учитывал успеваемость, а потом — перестал это делать. Потому что моя задача — дать знания, а задача студента — их получить, он должен быть сам в этом заинтересован. Мне можно задавать любые вопросы, кто заметит ошибку в лекциях — имеет плюс на экзамене. Я считаю, что положительные эмоции способны сделать существенно больше, чем отрицательные.

Знания сейчас, конечно, несколько другие. В целом, возможно, уровень их несколько снизился. Но тому виной не Физтех, а все наше образование, в том числе школьное. Существующие проблемы приводят к снижению уровня образования, хотя потенциал и остается высоким. Возможно, основная проблема в том, что поколеблена вера. Во время кризиса меньше всего страдает тот, кто находится ближе к конечному потребителю: торговля, например, — а научным организациям приходится хуже. Тем не менее, факты сейчас говорят о том, что для нас, — людей, занимающихся высокими технологиями, — появился свет в конце тоннеля. Многим организациям потребовались высококлассные сотрудники, которым они готовы платить хорошие зарплаты. Например, интерес таких фирм как IBM, Sun, Intel состоит в том, что им необходимы специалисты для продвижения своих решений на российский рынок. Внедрять сюда американцев, во-первых, слишком дорого, а во-вторых — иностранцы просто долгое время ничего не смогут в России понять. Наша же проблема заключается в том, что мы часто хотим жить хорошо, но не хотим ничего менять. Пока мы не всегда можем дать те знания, которые необходимы этим фирмам, но, как говорится, все впереди.

— Каким будет этот год для страны и института? Сможет ли правительство контролировать ситуацию?

— Не хотел бы делать таких прогнозов, я бы хотел, чтобы правительство справилось. Я всего полтора года в должности ректора, за это время сменились три министра образования, и у каждого, естественно, своя политика. Нам же очень важна определенность, нам нужно выстраивать долговременную стратегию. Год я предвижу тяжелым в экономическом плане. Переломных идей, думаю, не будет, поэтому ситуация в правительстве будет трудной. У России две перспективы — экспорт сырья и технологий. По многим позициям мы вполне конкурентноспособны.

Академик М. В. Алфимов, наш выпускник, считает, что назревает серьезный мировой кризис, так как человечество неоправданно потребляет ресурсы планеты. Может быть, и лучше, что мы первыми ощутили этот кризис, поэтому мы, возможно, первыми из него и выйдем.

— Планируются ли на Физтехе новые кафедры и проекты?

— Безусловно. Мы уделим серьезное внимание компьютерному образованию. Сейчас мы не удовлетворяем тем требованиям, которые предъявляют ведущие фирмы, и нам приходится доучивать студентов. Например, фирма Global One предоставляет услуги в области высоконадежных телекоммуникаций (капитал фирмы на 50 % американский). В этом году туда ушли 11 наших дипломников. Все они за 4–5 месяцев достигли высоких позиций и даже заменили руководителей проектов. Надо создавать кафедру для подготовки по таким направлениям. В этом году обязательно появятся и другие фирмы, со многими ведутся переговоры. И мы должны корректировать процесс обучения, чтобы соответствовать современным требованиям. То образование, которое сегодня существует в России в области компьютерных технологий, отражает ситуацию 20-летней давности.

Скорее всего, изменится преподавание экономики. Сегодня у нас преподается математическая экономика на хорошем уровне, но время требует больших базовых знаний. Мы также должны давать минимальные юридические знания, касающиеся интеллектуальной собственности.

— Есть студенты, у которых по результатам сессии все пятерки и одна тройка. Им не платят стипендию. Единственный выход для некоторых из них — идти работать и, значит, — учиться еще хуже. В деканатах им говорят, что раз стоит тройка, то ничего поделать нельзя.

— Это проблема деканата. Стипендиальное обеспечение состоит из двух частей: собственно стипендии и материальной помощи. Сознательно, ректорат отдает прерогативу в этом вопросе деканатам, чтобы студент, который по формальным признакам не получает стипендию, но нуждается в материальной поддержке, мог получить помощь из фонда социальной поддержки.

— Ведь можно было бы ввести дифференцированную стипендию,s в зависимости от среднего балла.

— Схему разрабатывали деканаты. Если есть недостатки, то ректору можно поставить в вину лишь то, что он не обратил на это внимания.

— Не слишком ли большую свободу ректорат дает деканатам?

— Сейчас по-другому нельзя. Появилось много новых дел, и при таком многообразии необходимо, чтобы активных «штыков» в институте было больше. Никак, кроме «бросания в воду», нельзя быстро мобилизовать людей. Многие дела не движутся из-за того, что отсутствует менеджмент, не хватает грамотных руководителей. На Физтехе исторически слаба корпоративная культура. Возьмем любую кафедру. Один преподаватель принимает так, а другой — иначе. Необходимо, чтобы уровень требований преподавателя на экзамене был одинаковый, хотя бы приблизительно. То же и на факультетах: жесткая политика на ФМБФ и мягкая на ФОПФе, это неправильно, система должна быть близкой.

Человек в жизни проходит три стадии. После рождения он от всего зависит. Потом стремится к независимости от внешней среды, от родителей — совершенно естественное желание. А потом он понимает, что более эффективно взаимодействие с другими людьми. То есть человек идет от полной зависимости к независимости, а затем к взаимозависимости. То же самое и в научных исследованиях, и в административной работе. Я считаю, что многие руководители Физтеха сейчас находятся на стадии независимости. Следующий шаг — взаимозависимость.

— Каким вы видите будущее факультета гуманитарных наук?

— Преподавателям-гуманитариям интересно работать на Физтехе, им нравится уровень и глубина наших студентов. Система нового факультета гуманитарных наук должна быть самовоспроизводящаяся. Им нужна техника, проекционная аппаратура. Нужно, чтобы они имели возможность отбирать и готовить по своим специальностям студентов Физтеха. Это будет исключением — несколько студентов, несколько аспирантов. Соответственно, нужно будет создать совет по защитам диссертаций. И, в результате, структура будет сама себя поддерживать и развиваться.

Я считаю, что гуманитарное образование очень важно. Одно и то же явление можно рассматривать с разных точек зрения. У физтехов формируется, как правило, технократический стиль мышления. Это неправильно. Если техническое образование — это хождение по прямой, то гуманитарное образование дает многомерность, смену парадигмы. А открытие — это и есть смена парадигмы.

— Правда ли, что в этом году будут устные вступительные экзамены?

— По прямой статистике на Физтехе увеличение конкурса с 1994 года на 10–15 %. Устные экзамены, на мой взгляд, необходимы. Но в этом году мы решили пока их не вводить.

Материал подготовил Г. КАСЬЯН

Выпуск №1471