Одним из главных принципов уникальной «системы Физтеха», заложенной в основу образования в МФТИ, является тщательный отбор одаренных и склонных к творческой работе представителей молодежи. Абитуриентами Физтеха становятся самые талантливые и высокообразованные выпускники школ всей России и десятков стран мира.

Студенческая жизнь в МФТИ насыщенна и разнообразна. Студенты активно совмещают учебную деятельность с занятиями спортом, участием в культурно-массовых мероприятиях, а также их организации. Администрация института всячески поддерживает инициативу и заботится о благополучии студентов. Так, ведется непрерывная работа по расширению студенческого городка и улучшению быта студентов.

Адрес e-mail:

Сартр

САРТР Жан Поль (1905— 1980) — франц. философ, писатель, один из гл. представителен франц. феноменологии, основатель франц. атеистического экзистенциализма. Осн. его темы: суверенность сознания, смысл, структуры и онтологический статус личности, специфичность человеческого существования как принципиальной “неполноты” и  самосознательности (в ее дорефлексивном варианте), слу­чайность бытия, открытая “событий­ность” истории и мира, безусловная свобода, авторство и ответственность индивида и др. В их разработке С. отталкивается от идей Р. Декарта, С.  Кьеркегора, Фрейда,  Гуссерля, Хайдеггера. В работе “Трансцендент­ность Эго” (1934) внимание С. концентрируется на поиске сферы “соб­ственно сознания” как трансценден­тальной сферы свободы, условия и “абсолютного источника” экзистенции, а в трудах “Воображение” (1936), “Воображаемое” (1940) — на описании воображения как средства отрыва соз­нания от мира и полагания несу­ществующего. В рез-те “очищения” сознания от “психического” (т. е. от рефлексивной конструкции Я с ее кач-вами, состояниями и актами) “соб­ственно сознанием” у С. оказывается “сознание сознания трансцендентного объекта”. Оно описывается как проз­рачность для самого себя. В “Бытии и ничто” (1943) С. предпринимает исследование онтологических структур этого “пустого” сознания, кладет его в основу понимания субъективности, отождествленной с “сознанием созна­ния” как безусловного самодействующего источника всех значений опыта. Идея сознания как свободы и выбора вместе с идеей “случайности бытия”, воплощенной в романе С. “Тошнота” (1938), составили исходную систему координат, задающую перспективы ви­дения, правила распределения и арти­куляции смыслов в его феноменологи­ческой онтологии. В своих суждениях о реальном С. исходит из т. зр. “то­тального”, или идеального, бытия — “бытия-причины-себя”, дифференциру­ет регионы бытия по принципу на­личия у них либо бытия, либо способности к самопричинности (т. е. спо­собности давать себе собственное ос­нование), описывает реальное как по­стоянную “дезинтеграцию” по отноше­нию к идеальному (невозможному) синтезу, как неудавшееся усилие до­стичь “достоинства причины-себя”. Че­ловек, по С., должен быть одновремен­но фактичностью и трансцендированием, разрывом с данным, преодолением его. Фактичность — это эмпирические обстоятельства, или конкретное “дан­ное” во всей его случайности, неантизацией к-рого только и явл. свобода. Фактичность, по С., остается вечным уделом сознания, а неантизация есть акт организации сознанием бытия в све­те проектируемого “не-бытия”. Этот акт предполагает отрыв сознания от себя и от мира. Хотя человек выбирает свой способ бытия на фоне абсолютной слу­чайности своего “бытия-здесь”, он дер­жит в своих руках все нити, связываю­щие его с миром. Не выбирая свою эпоху, он выбирает себя в ней. Человек, по С., должен постоянно “изобретать" себя, свободными выборами своего спо­соба бытия строить себя “вплоть до мельчайших деталей”. Он ничего не “претерпевает” — любого, даже самого пассивного из вариантов своего поведе­ния он “придерживается”, любое его со­стояние ангажирует его свободу. В человеке ничего не дано, и ему ничего не дано: он сам должен постоянно “встраи­вать” в свой универсум и свою фактич­ность (в т. ч. “психическое” и прошлое как ее моменты), и даже Другого; “вос­станавливать” их, самим проектом свое­го бытия решая вопрос об их значении для него и делая это значение структу­рой своих переживаний и действий. Прошлое, как и вся фактичность, с т. зр. С., оказывается своего рода “заложни­ком” свободы человека, поскольку по­стоянно интерпретируется актуальным сознанием. Данное раскрывается только внутри ситуации, т. е. в свете цели; авторство человека имплицировано в его ситуации. Поскольку интерпретация события составляет его конститутивную часть, данное объявляется С. “пробле­матичным”, а свобода в каждом челове­ке провозглашается основанием исто­рии. Настаивая на том, что ситуация ре­ализуется только посредством человече­ского выбора и действия, С. утверждает их безусловно сознательный характер. Он оспаривает фрейдовскую идею бессознательного , доказывает “коэкстенсивность” психического факта сознанию. Сознание же объявляется (“мерой бытия” психического, дорефлексивное со-непременным спутни­ком всех состояний и действий человека, обеспечивающим сознательное личност­ное единство. Сознательный характер авторства человека обосновывается с помощью такой онтологической струк­туры сознания, как “присутствие-с-со-бой”, придающей ему деструктивную силу “свидетеля своего бытия”. Поэтому человек у С. “всегда натыкается только на свою ответственность”. У него “нет алиби”, все в нем и вокруг него — его “индивидуальное предприятие”, суве­ренный выбор. Отсюда и экзистенциаль­ная тоска как осознание своего безус­ловного авторства и ответственности, неоправдываемости своих выборов и по­стоянной возможности радикально их изменить. С. разоблачает разл. формы недобросовестности, маскирующей от человека его неустранимую “участность” в бытии, показывает их несокрытость для самого сознания. Аутентич­ность человеческого существования, как и моральность, определяется как “ра­дикальное решение автономии”, дистанцирование и постановка под вопрос своего проекта бытия, осознание его “полной безосновности” и рефлексивное принятие его на себя. В послевоенный период С. предпринял в “Критике диа­лектического разума” (1960) попытку синтеза марксизма и экзистенциализма: с целью ввести в универсальное знание об истории, каковым он считает марк­сизм, “неустранимое своеобразие человеческой авантюры”, понять историю,  как человеческое творчество. Феноменологически описывая движение инди­видуальной практики в “поле социаль­ной материи”, фиксируя формы, в кото­рых отчуждение человека переживается и преодолевается им самим, С. стремит­ся исследовать его не только как про­дукт, но и как “агента” истории. Описа­ние истории как соединения посредст­вом практики людей обстоятельств (условий) и проекта (как их преодоле­ния) позволит, по С., сделать историю интеллигибельной и адекватно поста­вить вопрос об исторической необходи­мости и о возможности в истории. Для политических взглядов С. характерно сложное смешение позиций гуманизма, демократизма и левого экстремизма.

Тузова Т. М.

Если вы заметили в тексте ошибку, выделите её и нажмите Ctrl+Enter.

© 2001-2016 Московский физико-технический институт
(государственный университет)

Техподдержка сайта

МФТИ в социальных сетях

soc-vk soc-fb soc-tw soc-li soc-li
Яндекс.Метрика