Одним из главных принципов уникальной «системы Физтеха», заложенной в основу образования в МФТИ, является тщательный отбор одаренных и склонных к творческой работе представителей молодежи. Абитуриентами Физтеха становятся самые талантливые и высокообразованные выпускники школ всей России и десятков стран мира.

Студенческая жизнь в МФТИ насыщенна и разнообразна. Студенты активно совмещают учебную деятельность с занятиями спортом, участием в культурно-массовых мероприятиях, а также их организации. Администрация института всячески поддерживает инициативу и заботится о благополучии студентов. Так, ведется непрерывная работа по расширению студенческого городка и улучшению быта студентов.

Адрес e-mail:

Часть 1

Возможно, некоторые мысли, оценки автора, этих <3алисок> покажутся читателям спорными. Редакция тоже не со всем, что говорят А.Киселев, согласна. Например, ИР не может поддержать его пафоса по поводу беззубости Патентного законодательства в отношении похитителей чужих товарных знаков и даже изобретений. Но автор — Алексей Борисович Киселев, канд.физ.-мат. наук, автор более ста трудов и изобретений в области электронной техники. В частности, термокатод по его а. с. стоял в магнетроне, обеспечившем посадку спускаемого аппарата на поверхность Венеры. Он почти двадцать лет был активным внештатным экспертом ВНИИГПЭ. С таким «послужным» списком автор, на наш взгляд, имеет полное право высказывать то, что считает достойным внимания читателей журнала. Напомним, что его статьи в ИРе («Записки эксперта», «Почта эксперта», «Об ошибках экспертизы», «Изобретательство и номенклатура», «Тайны Бережковской набережной») неизменно вызывали живой интерес читателей журнала. Надеемся, так будет и с этой работой.

Алексей КИСЕЛЕВ

КОВАРСТВО И ЛЮБОВЬ ПАТЕНТНОГО ЗАКОНА

В этих «Записках» — попытка анализа некоторых тенденций в развитии изобретательства чуточку до и сразу после принятия ВС Российской Федерации 23 сентября 1992 года Патентного закона и Закона о товарных знаках. Они, бесспорно, — шаги вперед по сравнению со всем большевистским аналогичным Законодательством и даже со Всесоюзным законом 1991 года. Патент, отражающий товарные и экономические отношения, вместо а.с., подтверждающего лишь престиж автора; расширение объектов защиты интеллектуальной собственности — помимо изобретения еще и полезная модель, промышленный образец; введение ответственности за нарушение имущественных прав патентовладельца и автора — все это должно способствовать научнотехническому развитию России. В рамках закона изобретателю предоставлена большая свобода действий и разнообразные возможности по охране своих прав. Однако у принятых законов, на мой взгляд, еще только «режутся зубки», как у младенцев. Они напоминают, скорее, декларацию о намерениях, чем строгое, всеобъемлющее, надежное Законодательство. Но «поезд не ушел» и еще можно сделать эти Законы действенными, во славу и к выгоде российского народа.

ПРЕСТУПЛЕНИЯ БЕЗ НАКАЗАНИЯ

Ровно за год до своей кончины — 23 сентября 1992 г. Верховный Совет поручил комитетам и правительству до 31 декабря т.г. разработать ряд подзаконных актов и предложений об использовании Патентного закона. Постановление мудрое, ибо без дополнений о порядке использования закона, без мер по экономическому стимулированию товаропроизводителя и, главным образом, без ответственности за нарушение патентного законодательства принятые законы — всего лишь сотрясение воздуха, хотя и демократическое.

31 декабря оказалось безрезультатным отнюдь не потому, что начались склоки за политическую власть, кстати, и Закон об изобретательстве СССР долго откладывался и не принимался отнюдь не по соображениям регламента. Добавлю к этому: почти уверен, что предусмотренные на 31 декабря 1992 года меры, будучи в конце концов принятыми, оказались бы дефектными по отношению к изобретателю. Причина всех неувязок, недомолвок, маневрирований в том, что идет ожесточенная борьба за право на собственность, а в нашем случае — ее самой незащищенной части, интеллектуальной. Собственность, которую, в силу своего убожества, не могли создать, но могли отнять представители номенклатурной элиты прошлого; собственность, которую не способны создавать нынешние их «заместители». В этой борьбе сейчас столкнулись интересы, во-первых, производителя товаров и торговца; во-вторых, изобретателя (создателя товаров) и работодателя (ставящего задачу создателю или дающего изобретателю возможность работать над изобретением); в-третьих, работодателя и производителя товаров. Пока борьбу выигрывают торговцы. ;

Выигрывают потому, что в Законе размазана (случайно ли?!) ответственность за нарушение прав интеллектуальной собственности. Более того, в некоторых случаях нарушения допускаются (статьи 10 и 11 Патентного закона).

Согласно статье 4 Закона о товарных знаках «никто не может использовать» чужой товарный знак, ибо незаконное использование влечет «гражданскую и (или) уголовную ответственность» (ст.40). Но прошло почти 2 года со дня принятия грозного Закона, да что-то не слышно, чтоб кого-нибудь наказали за нарушение. Неужели никто ничего не нарушал? Нарушают и безбожно! Например, в Москве отдельные (конечно, отдельные!) «лица кавказской национальности» торгуют кроссовками якобы фирмы «Адидас». А по словам «лиц западно-европейской национальности» эти изделия и рядом не лежали с высококачественным товаром знаменитой фирмы. И ничего! Предпринимателей никто за ушко не берет и на солнышко в соответствии с Законом не выставляет. Стало быть, все по закону? Думаю, все же, что знаменитая фирма не вступаете битву с нашими палаточниками фальсификаторами, изучив наш Закон и поняв мизерность надежд на победу в этом иске.

Другой пример, больной для меня и моих коллег, работающих на крупнейшем в России научно-производственном предприятии электронной промышленности, на «Истоке», что в подмосковном городе Фрязино, и недавно отметившем свое 50-летие. Нас иногда путают с несколькими фирмами России, заимевшими то же наименование, но к нам никакого отношения не имеющими. Наш «Исток» славен именами и работами знаменитых отечественных электронщиков — академика С.А.Векшинского, профессоров Московского физтеха Б.М.Царева и С.А.Зусманбеского, профессора МГУ В.С.Лукошкова, школой медицинской электроники академика Н.ДДевяткова, созданием уникальных приборов для радиолокации космоса, ускорителей элементарных частиц, первыми разработками лаеино-пролетных диодов, лазеров на парах меди, электроэрозионных станков и т.д. и т.д. Тысячи изобретений! Изделия, открытия, блестящие конструкторы и технологи, золоторукие рабочие! Знаменитая в середине 60-х годов команда КВН г. Фрязино! "Подмосковные ребята" уже тогда имели на круг 23 авторских свидетельства. Так что, дорогие читатели, не путайте нас с другими "Истоками".

 

Не могу удержаться, приведу еще пример беспредела. На обложке ИР, 4,93 опубликовано сообщение о достижениях «Истока» — о приборах «Явь», создающих излучения крайне высоких частот, которые лечат язву желудка и многие другие болезни. Редакция поместила не только телефоны отдела сбыта, но и патентного отдела и разработчика прибора (лауреата Ленинской премии, автора около 100 изобретений, ветерана Отечественной войны, кавалера боевых орденов, профессора Михаила Борисовича Таланта). Прекрасная информация, отличная реклама! Но нашлись ушлые ребята с предприятия, назовем его "Жулик", и то ли достали документацию, то ли разобрали прибор на кирпичики, поняли, что к чему, и сумели не только выпускать, но и продавать наш— «свой» прибор. А рекламации на краденые, не обладающие целебным эффектом приборы, естественно, идут во Фрязино. Естественно, что не обладающие, ибо (скажем так) не согреты

теплом создателя, и естественно, что идут во Фрязино, ибо «Явь» и Голант неразделимы. Остается нам утешиться тем, что живую душу интеллектуальной собственности на этот раз украсть *•** *С*. нв удалось.

! Если бы подобное жульничество произошло в России в 1912 году, то выпускающий на продажу запатентованное изделие, согласно статье 620 уголовного Уложения России, был бы ославлен как вор, возместил бы «Истоку» все убытки, подвергся заключению в тюрьму на срок не менее 3 месяцев и заплатил бы штраф в 500 рублей. Такому же наказанию, но по статье 622 подвергался и продавец. (Переведите эти рубли в эквивалент: по Гиляровскому бутылка водки, водки, а не сучка, стоила тогда 50 коп.) Так как называть руководителей завода «Жулик» — может, в терминах 1912 года не восстановленного пока Уложения?

Если бы подобное произошло сегодня в Соединенных Штатах Америки, то наказание было бы еще более суровым: за прямой ущерб, за упущенную выгоду, за судебные издержки адвокатам, без особого труда доказавшим умысел в действиях «Жулика», а следовательно, с утраиваемым наказанием. По нашим оценкам, действия завода «Жулик» по незаконному изготовлению и продаже приборов М.Б.Голанта обошлись бы браконьерам в 18 млн долларов. Так что, господин директор з-да «Жулик», радуйтесь, что пока нет на вас карающего меча в России, и знайте, что выход любой вашей продукции на западные рынки будет встречаться, мягко скажем, с недоверием. Непорядочности там не прощают.

А уважаемым покупателям чудодейственной «Яви» посоветую: не связывайтесь со всякими неизвестными продавцами, обращайтесь непосредственно на «Исток».

Без обозначения в патентном Законодательстве жестокой кары за нарушение патента смысл защиты вообще теряется. Более того, изобретатель, соблюдающий Закон и излагающий суть изобретения с полнотой, «достаточной для осуществления »(статья 16), поставлен в условия, когда он раздевается и ждет, чтоб его... обокрали. То, что полнота необходима сейчас только для экспертизы, но не для возможного осуществителя, в статье 16 не говорится. Изобретатели, кстати, сейчас инстинктивно нашли выход: описание изобретения пишут в соответствии с требованиями Закона, а к описанию прилагают конфиденциальное Приложение («только для экспертизы! Не разглашать без согласования с авторами, так как в материале содержатся «ноу-хау!»).

Статья 16 нашего Закона списана с Закона США, но ведь уже первоклашки знают, что списывать надо умеючи. Между прочим, хотя полнота изложения жестко оговаривается по Патентному закону США, но почему-то американские патентные суды не страдают от безработицы при определении границ полноты изложения, и почему-то у патентовладельца всегда имеются «ноу-хау». Они ведь не нужны, если полнота действительно реализуется.

Кстати, в печати промелькнуло сообщение, что Российский Патентный Закон прошел международную экспертизу. Похоже, что наши законодатели либо не послушались дельных советов этих экспертов, либо советчикам очень и очень невыгодно видеть процветающую Россию. Приняв законы, в которых создатель и производитель товаров гарантированно не защищены от произвола торговцев, наши законодатели не учли (а может, не захотели учитывать), что основой рыночных отношений является наличие товаров, а торговые структуры лишь инструмент их реализации. Не обеспечив преимуществ изобретателям и производству, открыв ворота только всесилию торговли, нельзя серьезно думать о выходе из кризиса, о прогрессе страны. На одних только накрутках цен на товары далеко не уедешь. Цены не рождают товар, а тем более прогресс и славу России.

КАК ОБДИРАЮТ МУЖИКА

Изобретателя в России обдирали, притесняли всегда. М.В.Ломоносову заплатили по Привилегии (патенту) России Ма 8 вознаграждение пятаками (правда, целый воз пятаков!). Изобретатель радио профессор А.С.Попов в отличие от Маркони не стал богачом. А создателей «катюши» и вовсе — расстреляли. 70 лет отечественное изобретательство было под игом партийной номенклатуры. Наше смутное время дает новые примеры и, конечно, с новыми характерными чертами.

Вот один пример, показывающий нрав новых обдирал. Талантливый мужик, инженер «Истока» А.В.Мышлецов в перерывах между разработками электронных приборов изобрел чудо-лопату, которую демонстрировали на конкурсах ВОИР, по телевидению. О ней писал ИР. Но на прилавках лопата не появилась. Почему? А потому, что изобретатель, как в добрые застойные времена, ждет-дожидается, когда появится сознательный дядя и начнет широкое внедрение, ведь лопата действительно хорошая и многим нужна. Дяди, вообще-то говоря, появились: литовская фирма 1КОР, черниговская НТК «Перспектива», израильский центр научно-технической информации «Sputnik». Все просили чертежи.

Сначала изобретатель высылал, понимая, что без чертежей изделия не делают. Но вдруг оказалось, что большинство этих велеречивых дядей о налаживании выпуска изделий и не помышляют. Они занялись копированием чертежей и рассылкой вместо автора любому желающему приобрести чертежи, так что любой мог изготовить чудо-лопату и пустить в торговлю, не спросясь автора. Понятно, что мужика обдирают? Понятно, что подобные посредники создают предпосылки для нарушения Патентного Закона?

Было у Анатолия Валентиновича и вроде бы деловое предложение от крупного завода с Украины, правда, еще до свистопляски с суверенитетами. Переговоры оборвались, а жаль: и русскому, и украинскому крестьянину такой товар был бы очень и очень кстати. Недавно пришло письмо с Брянского машиностроительного завода от главного конструктора Н.И.Силенко: «Дпя рассмотрения вопроса о проведении совместной работы по внедрению сообщите номер патента и краткую характеристику механизма». Есть еще в России умные мужики! Успеха им и выгоды в выпуске товара! Удачи изобретателю!

А как за рубежом? Вот прекрасный пример. В 1932 г. два молодых радиолюбителя Билл Айтель и Джек Мак-Калаф решили построить передатчик, но не простой, а на 20-метровой волне и очень мощный, чтобы слышно было на всю Калифорнию. Но прикинули американские мужики и увидели — необходимы им высоковольтные триоды, которые... не существуют. Решили сделать сами. Разобрались в технологии вакуумных приборов, разработали конструкцию триода, а после этого не захотели продавать чертежи ни через черниговских обдирал, ни через чикагских гангстеров. Заняли небольшую сумму денег, нашли третьего—хорошего слесаря и (правильно думаете!) основали компанию «Е1МАС» по изготовлению придуманных триодов, которые в серии 150Т оказались столь хорошими, что нашлись покупатели. В 1935 г. первые образцы были проданы лаборатории Военно-морского флота для разрабатываемого там экспериментального радара на метровых волнах. А в 1940 г. компания получила заказ аж на 10 тысяч мощных триодов, так что потребовалось организовать массовое производство. Короче, в 1945 году на двух заводах компании было 1800 человек и выпуск составлял 3500 шт. триодов в день. После окончания войны заказы резко сократились, при шлось закрыть один завод. Но сосредоточили и сохранили лучшие кадры на оставшемся и начали разработку, а затем и выпуск принципиально новых приборов. Для этого выгодно объединились с другой крупной электронной компанией — Уапап. Вот так! «Если бы не было радиолюбительства, фирма «Е1МАО никогда бы не возникла», — сказал однажды Мак-Калаф. Кстати, один из офисов фирмы расположен на проспекте Пионеров, т.е. первопроходцев.

Алексей КИСЕЛЕВ, КОВАРСТВО И ЛЮБОВЬ ПАТЕНТНОГО ЗАКОНА // ИР № 7/94

Если вы заметили в тексте ошибку, выделите её и нажмите Ctrl+Enter.

© 2001-2016 Московский физико-технический институт
(государственный университет)

Техподдержка сайта

МФТИ в социальных сетях

soc-vk soc-fb soc-tw soc-li soc-li
Яндекс.Метрика