Правила жизни физтехов

Игорь Задорин

Выпускник факультета управления и прикладной математики МФТИ 1982 года. Основатель и руководитель исследовательской группы "ЦИРКОН"

«Современный физтех должен ставить перед собой задачи преобразования среды, а не бегства от неё»

История о том, как один физтех стал социологом...

Поступление в МФТИ было во многом спонтанным решением. Я оканчивал математическую школу в Ярославле и хотел там же поступать на экономический факультет. Физтех в то время проводил олимпиады, и мы с товарищами приняли участие в одной из них. Троих человек из моего класса, включая меня, пригласили поступать, но так получилось, что поступил только я.

Одноклассники, с которыми мы вместе приехали в Москву, говорили мне, что на Физтехе есть факультет управления, который мне очень подойдёт. Говорили, что на этом факультете и экономика есть, что там я ей и займусь, как и собирался. Управление, понятное дело, оказалось совсем другим. Моей базой стало ЦКБ «Алмаз», где я занимался системами автоматического управления.

Поступление на Физтех считаю своим «звёздным билетом».Я не учился в ЗФТШ и не очень представлял себе, что такое Физтех. Но, хочу сказать, что если бы у меня и были какие-то ожидания от МФТИ, то реальность превзошла бы их все. Именно МФТИ оказал самое серьёзное влияние на формирование меня как личности.

Самостоятельность и жизнь в общежитии воспитывают даже больше, чем сам процесс обучения. Человек в основном формируется как раз в период обучения в институте, особенно, если поступление стало шагом в самостоятельную жизнь без мамы и папы. Я не знаю, говорят ли так сейчас, но в моё время часто можно было услышать, что лекции и семинарские занятия — только половина того, что помогает студенту-физтеху получить образование и воспитывает его как личность. Всё остальное делается в общежитии: люди, которые там бывают, контекст, в котором всё это происходит оказывают очень сильное влияние.

Студенческая жизнь - это такой возраст, когда буквально любое событие меняет личность, когда определённые моменты оказываются значимыми только потому, что они происходят впервые. Как я уже говорил, большое влияние имела начавшаяся с момента поступления самостоятельная жизнь. Нужно было многому научиться. От сугубо бытовых вещей до управления скромным студенческим бюджетом. Конечно, на формировании личности сказывалась и сама учёба. Я не могу сказать, что одинаково хорошо учился по всем предметам. Честно признаюсь, что всё, что было связано с физикой, прошло мимо меня - сдал экзамены и забыл. А вот всё, что касалось программирования, прикладной математики, наоборот, училось с интересом и лёгкостью.

Помню однажды я делал работу для Иванилова Юрия Павловича, который читал у нас системный анализ. Как-то раз он дал мне рукопись, которой тогда занимался, и попросил меня, как студента, высказаться, найти не очень понятные вещи, посмотреть погрешности в тексте. Я прочитал и заметил одну погрешность, был страшно горд собой. Такие события тоже, конечно, запоминаются.

Если говорить о студенческой жизни, то мне запомнились стройотряды. За годы учёбы у меня сложился большой послужной список таких «каникул». Например, сразу после первого курса я поехал со старшекурсниками во Владивосток (от первокурсников тогда в два ССО брали всего 8 человек), и это было незабываемо.

Запомнилось большое количество культурных мероприятий, которые проходили на Физтехе. Как-то весной, когда я был ещё на первом курсе, в концертном зале проводился рок-фестиваль, в котором участвовали «Машина времени», «Удачное приобретение», «Воскресенье», «Оловянные солдатики» и «Зодиак». Часть этих групп уже тогда вошла в историю, и вот они выступали здесь, в одном месте! Много «понтовых» москвичей съехались в надежде попасть на концерт и не попали, а мы гордо, как хозяева, которые обладают особым правом, шли в концертный зал.

Когда я был уже постарше, были и другие запоминающиеся встречи: с Высоцким, с Тарковским. В общежитии ФУПМа существовал клуб «Искремас», что означало «Искусство революционным массам», в честь персонажа фильма «Гори, гори, моя звезда». Там мы устраивали разные мероприятия, крутили кино, встречались с интересными людьми. Анатолий Тимофеевич Фоменко, тогда ещё не столь известный своей «новой хронологией», привозил туда свои картины, соединяющие художественную графику и дифференциальную геометрию.

Ещё были поездки в так называемые «базовые институты». Я имею в виду институты культуры, медицинский и педагогический. Мы туда ездили за девушками. Это были специальные мероприятия. В наше время на Физтехе было мало девушек. В моей группе, например, на 16 человек была всего одна. В других группах было не больше двух или трёх.

Когда я учился, у меня возникали серьёзные переживания, связанные с тем, что я попал не совсем на ту специальность, к которой стремился. В какой-то момент у меня даже возникло большое желание перевестись в другую группу, например, на экономическую кибернетику. И очень важным моментом для меня тогда стала встреча с заместителем заведующего кафедрой базового института – ЦКБ «Алмаз». Он выстроил цепочку принципиально обратного характера. Выходило, что человек может двигаться не от собственных мотивов, а от имеющихся ресурсов. Мне это показалось любопытным. 

Я совершенно не жалею, что остался там работать. При всём том, что по некоторым предметам я учился неважно, диплом, который делался на «Алмазе», получился хорошим. Я до сих пор его помню - он был связан с линейным программированием. Я разработал алгоритм, который, как мне казалось, придумал сам. Я был очень доволен собой, получил за диплом «отлично» и благодарность за проделанную работу. И знаю, что мои наработки в дальнейшем использовались, что очень важно.

Благодаря этой истории я наглядно понял, чем наука отличается от прикладных исследований. Есть наука, которая мотивируется в большей степени собственным интересом и любопытством учёного и не связана ни с каким особым контекстом. Имея настоящий научный интерес, учёный занимается наукой в общем-то независимо от средств и времени. А прикладная деятельность ориентирована не на собственный интерес учёного, а на то, чтобы знание, которое он получил, было применено кем-то другим – инженером, консультантом, управленцем и т.п. уже в их деятельности.

После защиты диплома, я попал на встречу с ведущими социологами СССР в Политехническом музее. Это был важный момент. Услышанное там меня очень заинтересовало. Там же я познакомился с Игорем Васильевичем Бестужевым-Ладой – тогда главным футурологом СССР. Уже через неделю мы с ним встретились у него дома, и я сагитировал его на то, чтобы на Физтехе организовать семинар по социальному прогнозированию.

После окончания МФТИ я начал работать в НИИ «Полюс», это оборонка, электронная промышленность. Но в то же время мы два раза в месяц собирались в социологическом кружке Института социологии АН СССР, образовавшемся на базе того самого физтеховского семинара, и я в течение 4 лет был там «старостой». Позже, когда в стране начались большие перемены, и наши разработки в области оборонки уже стали не нужны, меня окончательно перетянула на свою сторону социология, и я поступил в аспирантуру ИС АН СССР. С тех пор моя профессиональная колея неизменна.

И сейчас я - прикладной социолог, и это - прямое следствие моего физтеховского образования, которое было построено таким образом, что всё, что я исследую, всё, что я делаю, ориентировано сразу на принятие решений, в данном случае в социальной сфере. То, что мы делали в НИИ «Полюс», не ограничивалось академической статьёй для узкого круга понимающих, а становилось частью конкретного «изделия», которое «летало». Так бывает не у всех, но лично для меня этот «прикладной поворот» оказался очень значимым моментом в процессе формирования личности и ориентации в пространстве профессиональной деятельности.

Конечно, у меня есть некие правила жизни, но если специально не задумываться о них, то над этими правилами не рефлексируешь, и лишь подумав, понимаешь, что ты всё время поступаешь определённым образом, и, наверное, это и есть следование тем самым «правилам физтеха». Как говорят социологи, есть устойчивые социальные практики и нормы.

Физтех всегда считает, что у него есть право сказать кому угодно и что угодно, потому что у него есть ощущение, что он понимает, о чём идет речь, в силу своего высокого интеллектуального развития и высокого образования. Физтехи воспитываются в атмосфере известного превосходства. То есть физтех с самого начала ощущает себя определенной элитой, но элитой очень необычной. Речь не о тех, кто «снимает ренту» со своего положения, а о тех, кто знает, что они всегда имеют право на суждения, вне зависимости от контекста, в котором находятся, вне зависимости от статуса людей, которые их окружают. То есть для физтеха не является проблемой сказать, что он думает, академику или начальнику. Ещё будучи студентом, он общается с «большими» людьми не на уровне социальных статусов, а на уровне равенства понимания, потому что истина для физтеха сильнее, чем статус. Ну или слабее, если не можешь ее доказать. Эту вещь я вижу во многих физтехах, вне зависимости от того, каких статусных позиций они добились в дальнейшем. 

Время от времени это ощущение играет с физтехами дурную шутку, если они позволяют себе судить о некоторых областях, где некомпетентны. В этом смысле это уже не достоинство, а гордыня. Несмотря на это, безусловное самоуважение является очень важной нормой социального поведения физтеха: он не боится сказать, не боится высказаться, даже в тех ситуациях, когда сам социальный контекст мог бы его затормозить.

Всю жизнь мы решаем различные задачи, уровень которых может быть очень разным. Будет очень здорово, если нынешний физтех будет ставить перед собой задачи преобразования среды. И если ему что-то не нравится, то он будет стараться изменить ситуацию, и в конце концов, решит задачу, а не сбежит от неё. Любой отъезд умного и креативного человека за рубеж - это и потеря для страны, и ухудшение среды для всех оставшихся.

Я не хочу никого заставлять оставаться и считаю, что не должно быть удержания силой, но должна быть личная мотивированность, личный выбор каждого. Институт должен ориентироваться на то, чтобы делать из студентов элиту, но такую элиту, которая не только будет «крутой» сама по себе, но и страну сделает «крутой». Ко внешнему миру должно быть отношение здорового освоения. Должна главенствовать мысль: «Мир мой, но я его осваиваю в том числе и для того, чтобы моей стране было лучше». Не должно возникать ощущения, что те, кто уехал, молодцы, а те, кто не смог – неудачники. Может быть, как раз наоборот.

Было бы очень здорово, если бы Физтех, помимо того замечательного образования, которое он даёт, давал человеку установку на готовность изменять среду и делать её лучше, а не бежать от неё.

 

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ
СВЕРНУТЬ

Дмитрий Рыбаков

Правила жизни предпринимателей

Борис Алёшин

Правила жизни ученых

Лоран Акопян

Правила жизни предпринимателей

Алексей Иванов

Правила жизни рекламистов

Марк Валентини

Правила жизни предпринимателей

Дмитрий Ванин

Правила жизни предпринимателей

Виктор Соловьёв

Правила жизни ученых

Юрий Батурин

Правила жизни космонавтов

Александр Федотов

Правила жизни предпринимателей

Давид Ян

Правила жизни предпринимателей

Вячеслав Муханов

Правила жизни ученых